Уфология. Уфологи об НЛО. Инопланетяне. Аномалии, явления и пришельцы. Новости. Уфология в России.

ТОННЕЛЬ
Выпуск № 27 (2007)
TUNNEL

Сперанский С.В.

ТЕЛЕПАТИЯ КАК БАНАЛЬНОСТЬ

Четверть века назад нами было проведено специальное исследование, посвященное проблеме информационного шума в эксперименте на мелких лабораторных животных [1]. Под информационным шумом мы понимаем вероятность ошибочного заключения о действии исследуемого фактора, тогда как в действительности наблюдаемые отличия вызваны иными причинами, которые не контролируются экспериментатором. Реальный уровень экспериментального шума при традиционной форме эксперимента (для критерия значимости Р < S 0,05) составил в этом исследовании не 4% (что соответствовало бы математическому ожиданию), а 17%. Это значит, что весь банк данных по медико-биологическим экспериментам страшно загрязнен псевдоэффектами, отличить которые от подлинных не представляется возможным. Это особенно относится к действию факторов слабой интенсивности, для которых нет и не может быть выраженной патологии.

Объяснение полученных нами данных не представляет затруднений. Фактически вся вариационная статистика, применительно к анализируемой форме эксперимента, основана на ложном допущении о "прочих равных условиях" для сравниваемых групп, кроме действия исследуемого фактора. Между тем в искусственно созданных экспериментатором сообществах животных, в подопытных группах, сразу же после их образования начинаются "выяснения отношений" между отдельными особями, которые в разных сообществах протекают по-разному (на фоне общей тенденции к обострению отношений в малых сообществах по сравнению с большими) [2]. Сообщества с различным уровнем "социальной напряженности" закономерно дивергируют, а это может приводить (и приводит!) к любым, сколь угодно "достоверным" отличиям определяемых показателей.

Какова альтернатива традиционной форме эксперимента? Она очень проста: надо сравнивать между собой группы, принадлежащие к одному большому сообществу со сложившейся структурой иерархических отношений.

Последующие 15 лет моей научной деятельности были посвящены анализу преимуществ этой формы опыта на примере исследований по гигиенической токсикологии. Подчеркиваю: на примере, так как в действительности эти преимущества имеют отношение к действию любых факторов, а не только токсикологических.

Успех превзошел наши ожидания. Первоначально мы считали, что вот тут-то, при "нашей" форме эксперимента, возможно адекватное применение вариационной статистики для сравнения групп между собой. Оказалось, что это не так. В "холостых" опытах, т.е. при сравнении групп интактных животных, строго выровненных по исходной массе тела, уровень информационного шума систематически оказывался значительно ниже математического ожидания. Этот факт только на первый взгляд может показаться парадоксальным, в действительности же он имеет простое объяснение.

Дело в том, что в сообществах животных со сложившейся системой иерархических отношений масса тела каждой особи жестко коррелирует с ее рангом [2], т.е. чем крупнее животное, тем оно "главнее". А можно ли представить себе функциональные показатели, которые совершенно не зависели бы от ранга животного, были бы одинаковыми у "лидеров" и "изгоев"?

Формируя группы животных по массе тела, а следовательно, и по ранговому статусу, мы тем самым существенно сближаем их по средним значениям любых определяемых показателей. Лишь в предельном варианте, т.е. при полной независимости какого-либо показателя от ранга животного, можно ожидать соответствия уровня информационного шума математическому ожиданию. Таких вариантов мы в наших опытах не наблюдали.

Особенно похожими оказались сравниваемые группы по динамике потери-прибавки массы тела при режиме чередующихся голоданий и насыщений. В "холостых" опытах мы пронормировали расхождение соответствующих кривых (суммарной массы тела для групп мышей), и, опираясь на эту норму, определяли пороги действия "эталонных" токсикантов, т.е. веществ, для которых уже был известен гигиенический регламент (ПДК в воздухе рабочей зоны), обоснованный по полной программе. Далее, применяя несложную технику расчета, переходили от этих порогов к ПДК. Корреляция таких рассчитанных ПДК с утвержденными оказалась фантастически высокой: г = 0,95. Наши данные проверялись пятью независимыми лабораториями. Все они получили результаты в пределах заявленной нами ошибки [3,4].

Важно осознать, что же, собственно, произошло. Применяя модельную форму интоксикации (внутрибрюшинное введение яда вместо ингаляционного отравления), однократную затравку вместо сложной программы исследования, включающей хронический эксперимент1, динамическое определение единственного показателя (массы тела) вместо большого набора показателей (не менее 10-15, а в отдельных исследованиях до 40), мы получали фактически ту же итоговую цифру предельно допустимой концентрации. Затраты же труда и средств на получение этой цифры оказывались ориентировочно в сто раз меньшими, чем при обосновании ПДК по существующим стандартам.

Нам удалось, опять-таки на основе модельной формы эксперимента, перевести сугубо качественные, экспертные оценки выраженности избирательного поражения токсикантами основных функциональных систем организма, в количественные критерии, т.е. в итоге применения ряда непродолжительных опытов по заданным схемам получать набор цифр, дающих как бы многомерный портрет данного токсиканта (отсюда название нашей диссертационной работы: "Объемная токсикометрия") [3, 4].

Очень важный момент: мы упростили ситуацию. Вместо двух "лабильных объектов" (индуктора и реципиента) оставили одного - индуктора. А в качестве реципиентов использовали группы белых мышей. Вполне возможно и даже несомненно, что разные мыши в различной степени чувствительны к экстрасенсорному воздействию человека. Но усредненную чувствительность десятка животных, думается, можно считать величиной достаточно постоянной.

Разработанная схема эксперимента - однодневный стандарт исследования на здоровых животных (беспородных половозрелых самцах) - включала динамическое определение массы тела мышей при насыщении после дозированного голодания, а также трехкратное (по одной минуте) испытание их поведения в круговом лабиринте. Это последнее позволило учесть три качественно различных показателя:

1) двигательную активность (ДА) - по числу переходов животного из отсека в отсек лабиринта (при каждом испытании и суммарно - по всем трем);
2) функциональную асимметрию мозга (ФАМ) - по соотношению числа переходов по часовой стрелке и против нее;
3) показатель памяти (ПП) - по крутизне падения двигательной активности от предыдущих определений к последующим. Дело в том, что при повторном определении ДА через короткие промежутки времени у всех мышей наблюдается четкая тенденция к снижению этого показателя. Степень выраженности такого снижения зависит от тех "следов", которые остаются в мозгу мыши на основании ее предшествующего опыта, т.е. от функции памяти. Чем лучше память, тем круче падение ДА.

Для опыта брали мышей из одного большого сообщества (50 + 5 особей) со сложившейся структурой иерархических отношений2.

Накануне эксперимента в 17 часов животных лишали пищи и воды. В день опыта из мышей сообщества формировали две группы по 10 особей, строго выравненные по массе тела (каждой мыши с данной массой в одной группе должна соответствовать мышь с такой же массой в другой группе). Каждую группу помещали в отдельную маленькую ванночку. Ванночки под номерами 7 и 2 оставались в той же комнате вивария на расстоянии около 2 м друг от друга. Эта процедура завершалась всякий раз к 10 часам местного времени.

Испытуемого (по установившейся терминологии - оператора) отделяло в это время от мышей расстояние, измеряемое километрами, если опыт осуществлялся в том же городе, или же сотнями (тысячами) километров, если воздействие производилось из другого города. Забегая вперед, отмечу, что успех эксперимента совершенно не зависел от дистанции между индуктором и реципиентами (чего и следовало ожидать).

Ровно в 10 часов оператор в своей "резиденции" подбрасыванием монеты определял, какую из двух групп он будет активизировать (давать установку на увеличение аппетита, двигательной активности, общее повышение тонуса, улучшение памяти). Другая группа, по желанию оператора, либо оставалась контрольной, либо подвергалась воздействию с противоположным знаком. До конца опыта и подведения его итогов нам не было известно, какую именно группу оператор "активизирует".

На первое воздействие оператору отводился час (с 10 до 11 часов). Никаких ограничений в способе воздействия мы не ставили (сидя, лежа, стоя, с открытыми или закрытыми глазами, в обычном или "трассовом" состоянии, в течение всего времени или в несколько приемов с перерывами - как ему удобнее, как подсказывают его личный опыт и интуиция).

В 11 часов мышей обеих групп возвращали в общую ванночку, к своим "товарищам по сообществу", и всем мышам одновременно давали в избытке воду и корм. К 12 часам мышей снова сортировали в соответствии с их групповой принадлежностью и размещали по маленьким ванночкам, а оператор осуществлял второе воздействие, на этот раз в течение 10 мин (с 12.00 до 12.10), естественно, "активизируя" тех же мышей, что и при первом воздействии. Воздействие с предшествующей ему сортировкой мышей повторялось еще два раза - с 13.00 до 13.10 и с 14.00 до 14.10.

Мышей взвешивали перед каждой сортировкой (суммарно, т.е. определяли массу каждой мыши в каждой группе) и трижды (между вторым и третьим воздействиями, между третьим и четвертым и после четвертого) испытывали в "круговом лабиринте"3.

Для подведения итогов эксперимента сравнивали две группы между собой по динамике прибавки массы тела и по трем упомянутым "лабиринтным" показателям. Учитывались только достоверные различия между группами. При этом в оценке различий по прибавкам массы мы опирались на данные "холостых" опытов (с интактными мышами), а именно - на норму расхождения между группами при отсутствии какого-либо исследуемого фактора. Как известно, различия, превышающие среднюю величину расхождения на две стандартные ошибки, соответствуют Р < 0,05, на три Р < S. 0,003, а далее идут уже сверхдостоверные результаты (мы в отдельных опытах наблюдали повышение до десяти стандартных ошибок).

Для оценки достоверности различия "лабиринтных" показателей мы пользовались обычными методами вариационной статистики (т-критерии Стьюдента, критерий "И" Вилкоксона - Манна - Уитни, точный метод Фишера).

Статистический анализ различий по отдельным показателям венчала общая оценка интенсивности исследуемого воздействия в баллах. Различиям в прибавках массы тела, равным или превышающим среднюю плюс две стандартные ошибки (по данным "холостых" опытов) придавалась "цена" 2 балла, плюс три стандартные ошибки - 3 балла и т.д.

Каждое достоверное отличие любого из "лабиринтных" показателей оценивалось в 1 балл, если 0,01 < Р < 0,05, в 2 балла, если 0,001 < S Р < < 0,01 и в 3 балла, если Р < 0,001.

Интегральным критерием интенсивности воздействия мы считали сумму баллов, набранную по межгрупповым различиям всех определяемых показателей. Воздействие считалось эффективным в случаях, когда сумма баллов оказывалась не менее 3.

Соответствие (или несоответствие) эффекта заданной установке определялось по "ведущему" показателю: различию в прибавках массы тела мышей, характеризующему их пищевое поведение (аппетит), т.е. воздействие оператора признавалось успешным при соблюдении двух условий:

1) если оно было эффективным;
2) если при этом именно в активируемой группе наблюдалась ускоренная прибавка массы тела.

На этом мы завершаем утомительное, хотя и необходимое описание технологии наших опытов и переходим к изложению и обсуждению полученных результатов.

Не правда ли, сама постановка задачи перед операторами выглядит достаточно фантастично. Мы уже стали привыкать к реальности телепатической связи между людьми, хотя и она с трудом укладывается в наше обыденное сознание. Можем себе представить аналогичную связь между человеком и любимым домашним животным (например, собакой). Но что для оператора какая-то группа белых мышей, которых он, возможно, и в глаза не видел4 и о которых ему известна только абстрактная, эмоционально индифферентная информация - номер ванночки, где они находятся в момент воздействия? И тем не менее... Однако будем говорить языком фактов.

В качестве операторов (индукторов телепатической информации) мы испытывали, как правило, целителей-профессионалов, занимающихся самостоятельной практикой врачевания. Лишь в восьми случаях из сорока шести нашими испытуемыми были помощники других целителей, сотрудники целительских центров. Еще три человека были любителями, т.е. не рассматривали свою целительную деятельность как источник заработка. Наконец, двое испытуемых вообще не были целителями. Об одной из них, пятнадцатилетней девочке, еще будет особый разговор. А о второй расскажу сразу же, чтобы больше к этому вопросу не возвращаться. Ею была моя помощница, Г.Д. Кухаренко, которая занималась непосредственно экспериментом на животных. Было бы просто ужасно, если бы у нее обнаружились экстрасенсорные способности, ибо это означало бы невозможность ее работы в качестве экспериментатора. Однако обошлось: в опыте с попыткой воздействия ее на животных не было ни намека на какой-либо эффект. Я вздохнул с облегчением.

Очень важно, что все наши испытуемые шли на эксперимент добровольно, т.е. это были люди, изначально уверенные в своих экстрасенсорных способностях, смело подвергающие себя своеобразному экзамену. Поэтому мы не вправе считать нашу выборку репрезентативной по отношению ко всем практикующим целителям. Сознательные шарлатаны (каковых, наверное, немало) просто к нам не шли. И все же я полагаю, что наши данные говорят очень много и о широте распространения явления телепатии как такового, и, главное, о постоянстве эффекта у тех, кто реально обладает "аномальными" способностями.

Самым драматичным моментом исследования и для меня, и для операторов всякий раз был телефонный звонок, когда я задавал очередному испытуемому один и тот же вопрос: "Какую группу вы активизировали?" Представьте себе ситуацию: опыт проведен, эффект обнаружен, подсчитано число баллов, определяющих его интенсивность, однако мы еще не знаем, можно ли считать проведенное испытание успешным. А может быть, знак воздействия был противоположен заданной установке, и тогда, естественно, о позитивной оценке способностей данного оператора не может быть и речи5.

Но вот оператор сообщает мне, тонус какой группы он повышал (в соответствии с проведенной жеребьевкой), и я могу сказать: "Поздравляю! Вы успешно прошли испытание".

В подавляющем большинстве случаев так оно и было. Лишь в трех опытах с целителями (эксперимент с моей помощницей я не считаю) эффекта не было. Еще в четырех случаях мы наблюдали эффект, противоположный заданной установке. Прочие испытания оказались успешными.

Важно отметить, что все семь отрицательных результатов (тут мы объединяем отсутствие эффекта и извращение его знака) были констатированы не для самостоятельно практикующих целителей-профессионалов, а для любителей или же для сотрудников целительских центров, в которых их роль была подчиненной.

Обращает на себя внимание тот факт, что лишь в одном случае мы наблюдали воздействие слабой интенсивности (3 балла), когда еще можно в какой-то степени сомневаться в реальности самого эффекта, т.е. наши испытуемые легко "перепрыгивали" через "зону сомнения" в область совершенно бесспорных эффектов. Хотя внутри этой области существовали значительные различия.

Абсолютным рекордсменом по интенсивности телепатического воздействия оказалась французская целительница Жизель Милей (15 баллов). Второе место (12 баллов), как ни странно, досталось не целительнице, а пятнадцатилетней школьнице, которая на базе нашей лаборатории проходила биологическую практику. Позднее ее исключительные целительские способности получили дополнительное подтверждение. Не случаен, думается, тот факт, что девочка - дочь целительницы, унаследовавшая (с дополнительным усилением) свой особый дар.

"Полный набор" позитивных сдвигов в энергетизируемой группе включал следующие компоненты:

- увеличение аппетита (ускоренную прибавку массы тела при насыщении);
- увеличение двигательной активности;
- улучшение памяти;
- сдвиг функциональной асимметрии мозга (ФАМ) в сторону большей активности правого полушария6.

Естественно, какие-то компоненты этой тетрады в каждом конкретном случае могли отсутствовать или же не дотягивать до граничного уровня значимости (Р <= 0,05). Кроме того, последний компонент (ФАМ) оказался лабильным по знаку, т.е. при "типичности" сдвига в сторону большей активности правого полушария мы наблюдали в отдельных случаях противоположный эффект. Три раза подряд такое изменение знака воздействия (по влиянию ФАМ) было отмечено нами во время "событий на Юпитере" [6].

Кроме однонаправленных сдвигов "лабиринтных" показателей мы нередко наблюдали изменение их вариабельности, как правило, в сторону уменьшения. Мы твердо стоим на позиции, что эффекты подобного типа не следует игнорировать, разумеется, при условии их статистической достоверности. Ведь уменьшение вариабельности происходит в тех случаях, когда экстремальные значения показателя "нормализуются" с двух сторон, т.е. самые большие значения уменьшаются, а самые малые увеличиваются. По этому типу, как известно, "работают" адаптогены. Быть может, воздействия такого рода являются как раз наиболее благоприятными.

Для характеристики нашего методического стандарта необходимо также добавить, что "след" от биоэнергетического воздействия, постепенно уменьшаясь, может сохраняться у мышей в пределах недели (этим вопросом мы специально занимались). Через 2 недели мышей можно использовать повторно для следующего опыта, заново их перегруппировав. Имея в распоряжении 250 животных, рассаженных по пяти большим ("крысиным") ванночкам, можно, в принципе, наладить конвейер, при котором возможно осуществлять пять опытов в неделю, испытывая тех же мышей 5 - 6 раз, т.е. в течение 2,5 - 3 месяцев (по истечении этого срока мыши "перерастают" и становятся негодными для дальнейших экспериментов).

Это к вопросу о рентабельности метода. Тот факт, что мы в реальных условиях были далеки от такого "конвейера", связан лишь с привходящими обстоятельствами, а не с потенциальными возможностями стандарта.

Итак, мы обнаружили, что для целителей-профессионалов способность воздействия на белых мышей отнюдь не является чем-то исключительным, из ряда вон выходящим. Подавляющее большинство целителей успешно прошли наш экзамен, т.е. смогли оказать воздействие с заданным знаком.

Честно говоря, такой результативности мы сами не ожидали. Первоначально предполагалось, что все (или почти все) целители окажутся способными к энергоинформационному воздействию на близком расстоянии, когда они видят животных и могут повлиять на них направленными потоками энергии. А уже в случае успеха этого относительно простого (как нам казалось) испытания часть из них окажется способной к "высшему пилотажу" - дистанционному, собственно телепатическому воздействию.

Действительность опровергла наше предположение. Оказалось, что те же самые испытуемые систематически демонстрировали более высокие результаты именно при дистанционном воздействии7. Убедившись в этом, мы исключили опыты с "близкодействием" из схемы дальнейших экспериментов.

Мы считаем, что разработали и опробовали объективный метод тестирования телепатических способностей человека в опытах на белых мышах8. Этот метод, по нашему мнению, заслуживает внедрения в практику в качестве обязательного испытания для целителей-профессионалов, желающих заниматься своей деятельностью на законных основаниях. Иными словами, он должен стать условием лицензирования целителей.

Мы полностью согласны с Р.Ю. Волковым, который пишет следующее: "Методы косвенной объективизации биополя с помощью различной физической аппаратуры, в состав которой входит элемент или процесс, обладающий сверхвысокой чувствительностью к возмущениям (Джеферсоновские магнитометры, крутильные маятники, оптические интерферометры, тлеющий разряд, чувствительные термисторы, физические и физико-химические характеристики воды, коллоидных растворов) недостаточны для целей оценки эффективности и безопасности методов и средств энергоинформационного целительства. Оптимальными методами контроля энергоинформационных воздействий являются методы биологического тестирования (исследование влияния на микробные и тканевые культуры, растения, животных и людей)" [7]. Полагаем только, что люди попали в перечень объектов биологического тестирования по недоразумению. Прямые опыты "человек - человек", конечно же, чрезвычайно важны, однако их проведение сопряжено с огромным количеством проблем этического и технического плана. К последним мы относим наличие как минимум двух "лабильных" участков опыта - индуктора и реципиента, всякий раз воспроизводящее ситуацию одного уравнения с двумя неизвестными. Из прочих же перечисленных объектов (собственно биологического тестирования) наиболее адекватной моделью человека являются, несомненно, животные (тем более теплокровные, млекопитающие, к каковым относятся белые мыши).

Хотя наш метод "отработан" в основном на целителях-профессионалах, он может быть использован и для профориентации. Ибо "учиться на целителя" целесообразно лишь тем, кто изначально обладает хотя бы в минимальной степени соответствующими способностями.

Я вспоминаю давние споры - допустимо ли для исследования телепатии само понятие "эксперимента" или же, в силу крайней редкости и неустойчивости эффектов, следует говорить лишь о "прецедентах" и пересмотреть, соответственно, весь кодекс требований науки применительно к этой особой области знаний? Сейчас такие споры кажутся просто смешными. Все дело в адекватности методов исследования. Телепатические способности имеются у огромного количества людей, а для некоторых видов деятельности, в частности, для целительства, их наличие следует признать обязательным знаком квалификации, чем-то вроде элементарного знания грамматики для профессионала-гуманитария. Надеюсь, что представленные данные говорят об этом достаточно убедительно.

Наша методология эксперимента на животных представляется нам не просто "лучшей", чем традиционная, а единственно возможной для изучения энергоинформационных взаимодействий. Ибо топором еще можно, с грехом пополам, сделать табуретку, но уж никак не изящную шкатулку. И мы надеемся, что в биоэнергоинформатике, где, в отличие от токсикологии, нет тяжкого груза накопленных иным способом экспериментальных данных, наша форма опыта станет общепринятой.

А теперь мы позволим себе отойти от констатации фактов и сугубо утилитарных аспектов нашей работы к вопросам более общего характера.

Когда Левенгук, применив изобретенную им оптическую конструкцию, именуемую ныне микроскопом, увидел в капле болотной воды целый мир живых существ, Линней отнес этот мир к одному типу и дал ему название "хаос". Исследование этого мира казалось тогда праздным занятием. Время показало, насколько ошибочной была такая точка зрения.

Ситуация повторяется. Академическая наука, даже признавая, с различными оговорками, реальность энергоинформационных феноменов, считает ниже своего достоинства заниматься ими всерьез. Между тем "микроскоп" у нас в руках. Стоит ли в него смотреть?

Я полагаю, что сказать: "да, стоит" - это ничего не сказать. Не только стоит, но жизненно необходимо, и вовсе не только для решения частных вопросов типа тестирования целителей. Первые шаги по расширительному применению нашего "микроскопа" уже намечены. Говорить о них здесь значило бы выйти далеко за пределы темы. Важно другое: открывающийся мир, по нашему убеждению, будет способствовать переходу человечества в состояние "высшего психического здоровья" [8], в котором сбалансированы два взаимодополняющих модуса сознания: обыденной реальности и ее "холономических аспектов", т.е. законов Космоса, "тонкого мира", иных планов бытия, кроме грубо материального. Страшный "перекос" в сторону "обыденной реальности", вершиной которого явилась сегодняшняя технократическая цивилизация, - причина и сущность всех ее бед. Мы полагаем, однако, что "более высокие, но заторможенные формы интеллектуального инструментария" не только существуют, но проявляют явственную тенденцию к "растормаживанию". Двигаться в унисон с этой тенденцией - значит согласовать свою "условную волю" с "абсолютной властью" Космоса [9].

ВЫВОДЫ:

1. Нами предложена форма медико-биологического эксперимента на мелких лабораторных животных, альтернативная традиционной. Она апробирована на материале исследований по гигиенической токсикологии. Применение этой формы приводит к фактическому повышению чувствительности всех определяемых показателей ориентировочно на два порядка. В результате оказывается возможным в коротких экспериментах при использовании простых, нетрудоемких методов оценивать воздействие слабых факторов, ранее недоступных для объективной регистрации.

2. Реализация нашего методологического подхода в области биоэнергоинформатики позволила разработать методический стандарт, при котором учитывается дистанционное (телепатическое) воздействие операторов на белых мышей по данным прибавки массы тела животных после дозированного голодания и по их поведению в круговом лабиринте.

3. Испытание этого стандарта на сорока шести операторах (преимущественно целителях-профессионалах) продемонстрировало:

а) высокую "работоспособность" предложенной схемы эксперимента, адекватность ее поставленной цели - выявлению телепатических способностей операторов и их градуированной оценке;
б) широчайшую распространенность телепатических способностей среди нашего контингента испытуемых, когда их наличие является правилом, а отсутствие - исключением.

4. Мы предлагаем разработанный стандарт в качестве метода тестирования целителей, при котором успешное прохождение теста является обязательным условием их лицензирования. Этот стандарт может быть также использован для профотбора лиц, желающих получить целительскую квалификацию.

5. Полученные нами данные противостоят взгляду на телепатию как на явление, постоянно ускользающее от объективного научного анализа. Полагаем, что "капризность" этого явления была сильно преувеличена в общественном мнении из-за недостатка адекватных методов и исследования. Опыты на животных (при соответствующем методологическом обеспечении) - один из важнейших путей систематического изучения телепатических способностей человека, притом без отказа от обычных требований, предъявляемых к научному эксперименту.


Сноски:

1 Ежедневные затравки в течение нескольких месяцев.

2 Для этого срок обособления мышей в данном сообществе должен составлять не менее недели. Как правило, в наших опытах он был значительно большим.

3 Рисунок, изображающий лабиринт в различных проекциях, с указанием всех размеров, представлен нами в статье "Вестника МИКА" [5]. Полагаем, что эти подробности важны лишь для тех, кто намерен указать, что четыре отсека лабиринта, разделенные перегородками и соединенные "проходами", расположены по кругу, а размер каждого отсека достаточен для того, чтобы мышь могла без затруднения изменять направление движения.

4 Такое бывало в части успешных опытов с иногородними операторами, хотя, как правило, я все же старался предварительно "познакомить" испытуемых с объектами будущего эксперимента.

5 Именно о позитивной оценке, а не о самом факте наличия способностей. Ибо в случае извращения знака эффекта можно констатировать, что способность имеется, однако отсутствует умение правильно ее применять. Это, по нашему мнению, свидетельствует о низком уровне компетенции данного оператора.

6 Когда мышь осуществляет переход по часовой стрелке, ее левые конечности совершают больший путь, чем правые. Преобладание поворотов этого типа соответствует большей активности правого полушария. И наоборот: "сдвиг" в сторону поворотов против часовой стрелки говорит о большей активности левого полушария.

7 Сам по себе этот факт, думается, чрезвычайно интересен, он мог бы стать основанием для целого букета разнообразных гипотез. Мы, однако, не хотим здесь "отрываться от земли", а потому ограничимся лишь следующим соображением: говоря об энергоинформационном воздействии, по-видимому, следует делать акцент на информационной компоненте. В противном случае близость к объекту, благоприятная для компоненты энергетической, оказала бы решающее влияние на общий итог опыта.

8 Об экспериментах по оценке таких способностей (при моделировании состояния болезни у белых мышей) и по учету отдаленных последствий целительского воздействия мы намерены рассказать в следующей нашей статье.

ЛИТЕРАТУРА

1. С.В. Сперанский, "Об информационном шуме в эксперименте на животных и возможностях его снижения". Научные основы современных методов гигиенического нормирования химических веществ в окружающей среде, Москва (1971), с. 152-158.

2. Э.P. Уждавини, Групповые отношения животных, Ленинград (1980).

3. С.В. Сперанский, Объемная токсикометрия. Авторе ф. докт. дис., Ленинград (1986).

4. С.В. Сперанский, Объемная токсикометрия. Методические рекомендации, Новосибирск (1987).

5. В.П. Казначеев, "Институт человека или человечества?". Вестник МИКА, Вып. 1,11.

6. С.В. Сперанский, "Динамика функциональной асимметрии мозга белых мышей в период событий на Юпитере", Вестник МИКА, №1,41-43 (1994).

7. P.Ю. Волков, "Принципы объективизации и контроля энергоинформационных воздействий", 1-й международный конгресс "Традиционная медицина и питание", Москва (1994), с. 408.

8. С. Гроф, За пределами мозга. Издательство Трансперсонального института (1993), с. 430 - 431.

9. К.Э. Циолковский, Воля Вселенной, Калуга (1928), с. 15.

Об авторе: Сперанский Сергей Владимирович - Действительный член Европейской Академии Естественных Наук (ЕАЕН), член-корреспондент Международной Академии Энергоинформационных Наук (МАЭИН), доктор биологических наук (Новосибирск)

Источник: "Сознание и физическая реальность" Том 1, №3, 1996. С. 63-70
http://dolmen.narod.ru/7_13.htm


другие статьи:
Творчество и проблемы порождения нового знания
Синтез натуральных ортогональных треугольников и призм в решениях задач биоэнергетики
Гончаренко А.М. Время… Как мы с ним взаимодействуем?
Над США летают НЛГ.
Астериация как следствие контакта с неизвестным разумом
Новости журнала "Чудеса и приключения"
Search All Ebay* AU* AT* BE* CA* FR* DE* IN* IE* IT* MY* NL* PL* SG* ES* CH* UK*
2007 Copyright © AstroSearch.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Интересные научные статьи. Предсказания, магия, эзотерика, астрология, астрономия, приворот, апокалипсис, гадание, значение, хиромантия, сонник, руны, гороскопы.
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт. Партнёрская программа.
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования