Кирилл Ефремов
Победа ценой поражения

Четыре плётки

Едва мы начинаем рассуждать о будущем рода людского, как возникают разговоры о конце света, катастрофах и вымирании человечества. И тому есть все основания. По сути, эволюция нашего рода — это путь постоянных поражений.

Однако в прошлом человек всякий раз из этих ситуаций выпутывался. Каким-то чудом, но выходил сухим из воды. Более того, он компенсировал эволюционные поражения с таким запасом, что поднимался на волну невероятного успеха. Например, у неких приматов произошло уродливое укорочение передних конечностей, челюстей и клыков. Они едва не вымерли (поэтому находок преавстралопитеков очень мало), но научились ходить на задних лапках и использовать инструменты. И стали вполне успешной, многочисленной группой приматов — гоминидами.

Затем случилась новая беда: некоторые из гоминид, люди, стали чрезвычайно воинственными, прямо озверели. Чтобы не погибнуть от козней врагов, им пришлось наращивать вооружение, в первую очередь — „аппарат военной хитрости“, мозг. Разрастание мозга стало таким уродством и принесло такие проблемы, что едва не стёрло людей с лица земли. Поэтому ранних представителей Homo sapiens было гораздо меньше, чем их предков, эректусов. Однако мозг сапиенса оказался пригоден для решения не только военных, но и всевозможных „мирных“ задач. Выживаемость людей в очередной раз повысилась, и они расплодились невероятно.

А расплодившись, конечно, опустошили свои экосистемы, поэтому снова стали вымирать. Только-только появилась надежда, что люди вымрут совсем, как они изобрели сельское хозяйство. И приумножили свой род. Впрочем, за сельскохозяйственной победой последовало очередное поражение — глобальная перенаселённость.

У животных, если численность популяции превышает некий предел, возникают проблемы: голод, болезни, нашествие хищников. Растёт агрессия и мигрантность, ломается нормальное комфортное, репродуктивное, материнское поведение. Куропатки нападают на лисиц и на телеграфные столбы, зайцы собираются в стаи и бегут, не разбирая дороги. Голуби перестают чистить перья, обезьяны калечат собственных детёнышей. Всё это происходит автоматически и приводит к массовой гибели, возвращая популяцию к нормальной численности.

Подобные тяготы стал испытывать человек современного типа — Homo sapiens. Первобытные люди могли прокормиться на территории не менее 10 квадратных километров на индивида. Примерно такой и была плотность населения. Если учесть площадь тёплых климатических зон Старого Света, где могли обитать древние люди, то окажется, что „на своих плечах“ биосфера могла вынести лишь 5 — 10 миллионов человек. Но когда добывание пищи превратилось в настоящее искусство, плотность населения резко увеличилась. Мозг же остался первобытным, и его регуляторные механизмы забили тревогу: „Нас слишком много!“

Нарушив закон „Об экологической ёмкости местообитаний“, человек был строго осуждён. Пенитенциарная система природы назначила ему избиение в четыре плётки: голода, болезней, хищников и массовых психозов. И пожизненное заключение в тюрьму городов.

Строгий режим

К концу первого тысячелетия новой эры в Европе истощились сельскохозяйственные угодья и воцарился массовый голод. Мало кто следил за чистотой тела и удобством жилища. Отсутствие гигиены и скученность открыли дорогу эпидемиям. Следом за ними шли военные отряды и орды разбойников (что, по сути, одно и то же). Люди „сошли с ума“, „тронулись“, и побрели по дорогам ваганты — монахи, музыканты, студенты, рыцари и прочая нищая братия.

А ещё люди ожесточились и были жестоки друг к другу, особенно сильные по отношению к слабым. Сильнее всего страдали слабейшие — дети, которых подвергали регулярным телесным наказаниям и даже убивали, принося в жертву или лишая ухода. Ритуальный инфантицид бытовал повсюду — как в первобытных племенах, так и в развитых обществах Европы, Китая, Индии вплоть до XIX века. В частности, британские колонисты, взявшись за учёт населения Индии, обнаружили, что в высших кастах как будто рождаются одни мальчики. Девочек нет вообще, поэтому жён приходится брать из других каст. Оказалось, что причина — в традиции умерщвления новорождённых девочек. Тогда гуманные британцы стали выплачивать компенсации тем, кто отказался от инфантицида. А индийцы поступили хитро: брали деньги, девочек оставляли в живых, но лишали всякой заботы, то есть возможности пережить младенчество.

В помутнении рассудка люди отказались от великих удовольствий — нежности к детям и любовной страсти ко взрослым. Повсюду расцвели причудливые сексуальные табу. По существу, они снижали уровень воспроизводства в перенаселённом обществе. Но едва ли какой мудрец думал об этом, все просто верили, что секс — грех, постыдное дело, которое нужно сводить к минимуму. В отдельные периоды в Европе и Юго-Восточной Азии от воспроизводства было отстранено около трети населения — монахи, отшельники. Некоторые даже подвергались стерилизации — скопцы.

Если агрессию сдерживали особым воспитанием и законами, то потенциал жестокости выплёскивался во время больших войн, где самые благовоспитанные джентльмены совершали немыслимые злодеяния.

Подобные антропологические кризисы, волны жизни, пассионарные скачки (называйте, как хотите) случались постоянно. Население сокращалось, вымирали целые деревни, города, королевства. Но затем вновь этот неукротимый люд пробивался сквозь щели, прорастал, как сорная трава, и временами даже набирал цвет и зрелость.

На общих основаниях

Человек снова выкрутился. Смягчить кризис перенаселённости ему помогли хитрые изобретения, достижения цивилизации. Например, минеральные удобрения и консервирующая упаковка выступили против голода. Они напитали истощённые почвы и позволили делать запасы продовольствия. Гуманистическая этика, законы и религиозные учения двинулись против агрессии и массовых психозов. Государство приглушило бесконтрольные миграции. Медицина и гигиена затупили косу эпидемий. Школа как особая „камера хранения“ помогла снизить детскую смертность…

Бесчисленные изобретения, достижения здравоохранения и образования, прочие „ура, ура!“ современной цивилизации позволили значительно смягчить действие законов природы на человека. И вот отчёт о проделанной работе: за один только ХХ век человечество увеличилось на 5 миллиардов людей, а средний возраст смерти в развитых странах скакнул примерно с 40 до 80 лет. Налицо незаурядный (и даже беспрецедентный в мире живой природы) успех.

Эта победа повлекла за собой такое поражение, которое затмевает все предыдущие. Тем, что его последствия, видимо, исправить уже невозможно. Это новая глобальная проблема, имя которой — Загрязнение. Биосфера переполняется пестицидами, нефтью, углекислотой, теплом. Великими загрязнителями стали сами способы выживания. Таковы, например, упомянутые выше средства от голода: удобрения коренным образом (и навсегда?) изменили химический состав вод планеты, а пластиковая упаковка всего за двадцать лет безнадёжно засорила биосферу.

А более всего антропосфера загрязняется… людьми. Так, видимо, выразилась бы Земля, будь она действительно одушевлённой Геей. Люди упорно нарушают закон природы „Об экологической ёмкости…“, уложение которого совершенно ясно гласит: „Плодитесь и — погибайте в таком же точно количестве“. Не хотят! Экая криминальная натура! Поэтому людей стало в тысячу раз больше. Гиперпопуляция. Перечеловечивание. Приходится жить в гигантских термитниках, ульях, коралловых колониях — в городах. И не надо думать, что проблему можно решить, уничтожив 999 частей из тысячи. Никуда их не деть, люди все хорошие. Разве что не слишком здоровые.

Ибо все перечисленные (и не перечисленные) виды загрязнений давят на наш организм, повергая его в состояние нового — цивилизованного стресса. Его можно рассматривать как настоящую эпидемию, куда мощнее средневековых эпидемий холеры или оспы. В современном мире умирают от последствий ожирения, от атеросклероза, рака, диабета, аллергии и других „болезней цивилизации“. Они уносят в тысячу (не переборщил? Пожалуй, нет) раз больше людей, чем некогда уносила чума. Острым клинком в бок раздувшейся популяции Homo sapiens вонзился СПИД, ведь он ограничивает именно репродуктивные возможности, провоцирует „сексуальную контрреволюцию“. Изобретены новые инструменты „подавления избыточной жизнестойкости“. Например, очищенный алкоголь и табак. Или автомобиль, который, словно „механический пёс“, охотится на зазевавшихся. Автотранспорт порождает столько проблем, что в сравнении с ними возможность комфортного перемещения кажется смехотворной. Мы создали единое информационное пространство, а за это платим необходимостью сопереживать бедам людей всего мира, „болеть“ за них. Мы уже не боимся первобытных каннибалов, но страшимся ядерной войны или кибертерроризма. Мы, мы, мы

На свободу

Но человек хитёр и силён. Он гений адаптации, он всегда находит путь выживания. Можно сказать, что Homo sapiens лоббировал принятие поправок — и закон „Об экологической ёмкости…“ стал менее строгим.

Скорее всего, продолжительность жизни людей будет только повышаться. Во-первых, за счёт постоянного контроля здоровья, начиная с внутриутробного развития. Странно подумать, мы прибавляем десять лет жизни только тем, что ежедневно с упорством чудаков чистим свои зубы. В будущем, вероятно, люди будут на каждые сутки рассчитывать распорядок дня, меню, дозу физической и психической активности. Во-вторых, возрастёт умение восстанавливать изношенный организм. В-третьих, научатся нейтрализовать действие генов старения. В-четвёртых, усовершенствуется социальный контроль. Никто не будет бить людей на службе, грабить на улицах или вышвыривать их под забор, когда нечем платить за квартиру. Уже сегодня это звучит преувеличением, хотя три века назад было обычным явлением. А какие сегодняшние взаимоотношения покажутся варварством нашим потомкам?

Если у этих потомков будет будущее… Мы не мыслим футурологии без апокалиптического „если“. „Если завтра война, если завтра в поход…“ Но, похоже, что поумневшее человечество всеми силами сдерживает (или намеревается сдерживать) соблазн пострелять на большой войне. Уже сейчас пересмотрена сама стратегия войны. Ущерба в стане противника можно добиться иными средствами, нежели ракетная атака. Диверсии, финансовые бури, манипуляция общественным мнением, захват электронных систем контроля — вот новые тактические средства, позволяющие победить без боя.

Проблема гиперпопуляции, возможно, тоже решится более равномерным распределением людей. На самом деле, места на Земле очень много. Теоретически если найти, чем кормить „сверхчеловечество“ и как заставить его реже покидать свои ячейки-соты (чтобы не запруживать транспортные магистрали), то можно добиться фантастической плотности населения. Возьмём 100 миллионов квадратных километров суши, где хоть как-то можно жить, и создадим плотность населения, как в Японии, — 300 человек на квадратный километр. Получится тридцать миллиардов.

Это, конечно, жуткая картина, поэтому лучше не пытаться ничего „брать“ и „создавать“. И всё же примеры, когда „на пустом месте“ возникают огромные скопления людей, уже есть. Такие города, как Лос-Анджелес, Солт-Лейк-Сити, Лас-Вегас, Тель-Авив, выросли фактически в пустыне с первоначально мизерной плотностью населения.

Кроме того, с повышением уровня жизни и технического развития рождаемость в странах — „демографических загрязнителях“ снижается. Поэтому есть надежда, что по мере экспансии „технологий комфорта“ человечество перестанет расти, как тесто на дрожжах, и остановится на отметке примерно 15 миллиардов людей, которые сумеют разместиться на Земле благодаря интенсивному и разумному хозяйству. И настанет всеобщее благоденствие…

Настанет или не настанет, ясно одно: за плечами у человечества уже несколько циклов „поражение — победа“. Велика вероятность, что и будущий кризис завершится победой. А за ней опять последует поражение. Ведь в человеческой эволюции они постоянно сменяют друг друга, пульсируют и сливаются в экстазе. И где остановиться, предаваясь фантазиям о будущем, — выбирайте сами.

Знание-сила

Статьи близкой тематики:
Генетическая история человечества.  Лев Животовский, Эльза Хуснутдинова.
Геногеография — путь в наше прошлое.  Никита Максимов.
Гены и история.  Игорь Лалаянц.
Депопуляция.  Альберт Баранов.
Что лучше: быть богатым, но больным или бедным, но здоровым?  Дмитрий Люри.
Преодоление зла.  Конрад Лоренц.
Ущербен ли трудолюбивый человек?  Александр Волков.
Наши древние отцы (и матери тоже).  Рафаил Нудельман.
Как человек сам себя сотворил.  Кирилл Ефремов.
Гены очеловечивания.  Михаил Вартбург.
Звёздные карты галактики «Человечество».  Кирилл Ефремов.
Расы и метисы.  Илья Перевозчиков.
Существуют ли расы?  Майкл Бамшед, Стив Олсон.
Гомо сапиенс и геном.  Игорь Лалаянц.
Потомки африканской Евы.  Марина Маркова.
Чьи же мы потомки, в конце-то концов?  Михаил Вартбург.
Эссе Хомо.  Игорь Лалаянц.
Происхождение. Было или не было?  Кирилл Ефремов.
СЕНСАЦИЯ! Найден предок человека…  Кирилл Ефремов.
Вначале было … пальцеслово.  Кирилл Ефремов.
Влечение к новизне: теория и практика.  Александр Сосланд.



2007 Copyright © AstroSearch.ru Мобильная Версия v.2015 | PeterLife и компания
Пользовательское соглашение использование материалов сайта разрешено с активной ссылкой на сайт
Яндекс.Метрика Яндекс цитирования